Узнайте больше о том, как живут люди с синдромом Дауна и о том, как мы поддерживаем их

ПОДПИСАТЬСЯ!

Больше не показывать
СДЕЛАТЬ ПОЖЕРТВОВАНИЕ
В ПОЛЬЗУ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОГО ФОНДА «СИНДРОМ ЛЮБВИ»


ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ
РАЗОВОЕ
Банковской картой
Apple/Google Pay

100
500
2000
другая сумма
принимаю условия оферты
ПОМОЧЬ!

поддержать

Соколиная охота

Скрипящий южный блюз и идеально выбранная интонация: каждая фраза, запущенная кем-то из персонажей, — что твой выстрел из дробовика. В российский прокат выходит «Арахисовый сокол» — фильм, главную роль в котором исполнил Зак Готтзаген, актер с синдромом Дауна

Денис КРЮКОВ


«Арахисовый сокол» — уже лауреат нескольких, не суперважных, но все-таки премий. От названия с первого взгляда веет чепухой. Но это мы привыкли: тем более — премии. В главной роли Зак Готтзаген — человек с синдромом Дауна. Снимать кино с актером с такой особенностью — дело, безусловно, полезное, а вот выиграет ли автоматом от этого кинематограф — в общем-то, большой вопрос. В последнее время кинопроизводство явно грешило педалированием «актуальных» тем, никак не считаясь с драматургическими и прочими составляющими произведения. Я еще только шел на премьерный показ, а сомнений относительно достоинств картины уже была полна коробочка.

Кимберли Скривнер, заместитель атташе по культуре посольства США, выступавшая перед началом сеанса, сравнила картину по манере повествования с прозой Марка Твена — а вот это мы посмотрим. Следом за ней к микрофону вышла Ирина Меньшенина, директор фонда «Синдром любви», и призвала снижать градус патетичности в отношении к людям с синдромом Дауна: «обычно говорят: инклюзия, — мы же говорим: просто жизнь». Ну, и тут — кино.

На счет Марка Твена Кимберли Скривнер была абсолютно права: герой Шайи Лабафа в одной из реплик прямо на него ссылается. Берите выше, по сути, «Арахисовый сокол» — вольное переложение «Приключений Гекльберри Финна». Канва такова: Зак — человек с дополнительной хромосомой — находится в доме для престарелых. Он молод, полон сил, да и вообще мечтает стать рестлером: просто в этом захолустье для него лучшего места не нашлось. Не то что бы к нему там плохо относились, но он жаждет приключений, а со стариками рестлингом особо не позанимаешься. Попытки сбежать у него срываются одна за другой, пока к делу не подключается маститый инженер (Брюс Дерн): и вот Зак на свободе, в мире, о котором он толком ничего не знает. Параллельно неотесанный неудачник-краболов Тайлер (Шайа Лабаф) почти буквально сжигает все мосты и пускается прочь куда глаза глядят, а за ним гонятся матерые негодяи. Очевидно, что пути двух героев пересекутся, и преследовать их теперь будут не только негодяи, но и сверхположительная служительница дома для престарелых Элеанор (Дакота Джонсон) — ей в ультимативной форме поручено разыскать беглеца. Впереди у Зака с Тайлером дорога, полная приключений. И если вам кажется, что у героя с синдромом Дауна и отпетого неудачника приключения так себе, то вот вам зуб даю! — приключения ничего себе! Они будут скрываться, бежать, плавать (а ведь кое-кто даже водоем никогда не видел вживую), стрелять, в них будут стрелять, выпивать замшелую бормотуху, совершать обряд крещения под руководством незрячего афроамериканца, плыть на плоту в открытом океане, драться, спасать друг друга, ловить рыбу голыми руками, влюбляться и, наконец, обучаться приемчикам у бывшей звезды рестлинга (а также личного кумира Зака) Соленого Реднека (Томас Хейден Чёрч). Впрочем, наблюдать за происходящим на экране так интересно не только из-за приключенческого набора, а по причине идеально выбранной интонации и необычайно живых и остроумных диалогов. Скрипящий южный блюз своей заусенестостью рифмуется с происходящим на экране. Авторы не бегают со своим особым главным героем как с писанной торбой — наоборот, погружают его с головой во все перипетии приключений, и Зак там — совершенно нормальный герой.

Читайте также:

«Любовь — это непростая работа»

В России сейчас есть несколько театров, в спектаклях которых заняты люди с ментальными особенностями. Первым в России режиссером, решившимся пригласить людей с синдромом Дауна на сцену, стал Борис Юхананов. В интервью «Термосу» он рассказал, как в его жизнь почти тридцать лет назад ворвалось «пространство любви»

Каждая фраза, запущенная кем-то из персонажей, — что твой выстрел из дробовика: четко, по делу — любую из них хочется написать размашистым шрифтом на гараже. Ну, и, конечно, больше всего поражает безыскусная простота, с которой режиссеры (между прочим, дебютанты в полном метре) ведут повествование. Именно эта простота и вызывает резонный вопрос: а что же вы, дорогие ребята-кинематографисты, писатели, художники и т.д., строите такие вавилонские башни сложнейших наслоений, не выбивая и трети очков, которые зарабатывает «Сокол»?


Скрипящий южный блюз своей заусенестостью рифмуется с происходящим на экране


Картину Нилсона и Шварца невозможно не сравнивать с «Человеком дождя» Барри Левинсона (1988). Роуд-муви, «нормальный» герой и герой с особенностями, после множества происшествий они проникаются друг к другу любовью и уважением… Но вот если говорить об эволюции в отношении к подобного рода людям, то тут она налицо. В «Человеке дождя» развивается характер только Тома Круза, в то время как персонаж Дастина Хофмана — застывший, одушевленный, но скорее элемент антуража. В «Соколе» же Зак является не только отзеркаливающим чувства своего товарища объектом, но вполне самостоятельной изменяющейся личностью.

СДЕЛАТЬ ПОЖЕРТВОВАНИЕ
В ПОЛЬЗУ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОГО ФОНДА «СИНДРОМ ЛЮБВИ»
ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ
РАЗОВОЕ
Банковской картой
Apple/Google Pay

100
500
2000
другая сумма
принимаю условия оферты
ПОМОЧЬ!


Арахисовый сокол (2019)
The Peanut Butter Falcon (2019)

Режиссёры: Тайлер Нильсон, Майкл Шварц

Авторы сценария: Тайлер Нильсон, Майкл Шварц

Актёры: Шайя Лабаф, Дакота Джонсон, Зак Готтзаген

В прокате в России с 24 октября 2019 года.


Кстати, про личность Зака Готтзагена как актера: он не только органичен на экране, он еще и отличный импровизатор. Например, шутка про то, какое первое правило («Тусуем!») — его. И это говорит как минимум о хорошем чувстве юмора. Да и вообще про кастинг (более чем звездный: помимо вышеобозначенных актеров тут задействованы еще куча важных ребят). В «Соколе» не только у Зака Готтзагена есть некоторые особенности: у Джонсон — синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ), а у Шайи Лабафа такой список правонарушений, что мог бы позавидовать и его горемыка-персонаж. Удивительно: до самого начала съемок на роль Тайлера планировался Бен Фостер: кто знает, как бы последний сыграл главную роль, но у Лабафа игра в «Арахисовом соколе» — самая крупная звездочка на фюзеляже.