Узнайте больше о том, как живут люди с синдромом Дауна и о том, как мы поддерживаем их

ПОДПИСАТЬСЯ!

Больше не показывать
СДЕЛАТЬ ПОЖЕРТВОВАНИЕ
В ПОЛЬЗУ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОГО ФОНДА «СИНДРОМ ЛЮБВИ»


ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ
РАЗОВОЕ
Банковской картой
Apple/Google Pay

100
500
2000
другая сумма
принимаю условия оферты
ПОМОЧЬ!

поддержать

Зин-зин, откройте!

Писатель и основатель издательства «Живет и работает» Денис Крюков — о новом виде современного искусства, возникшем на границе с полиграфией

Текст: Денис КРЮКОВ


Слово «зин» произошло от английского «magazine». Полвека назад зины принадлежали к миру самиздата, при этом были завёрнуты на, как правило, субкультурные темы. В эпоху, когда не было социальных сетей, зины предлагали момент неформальной коммуникации. Например, зины выпускались фанатами научной фантастики (правда, это была продукция очень низового уровня, что не плохо, а как раз интересно), а еще спорта, но главное, конечно, — музыки.

Сделал ты, допустим, зин в Пасадене, размножил на ксероксе, переслал в Массачусетс… И в 1980-е произошел первый расцвет всего этого дела. Зины служили средством общения и творчества, вызывали интерес. В СССР с середины 1980-х тоже ходили зины. Но с появлением интернета гораздо проще стало друг другу что-то написать, отправить пару комментариев, постов, и момент общения утратился. А вот пару-тройку лет назад зин снова вдруг бомбанул какой-то своей актуальностью. Что же произошло? Я считаю это обратной стороной того, что электронные медиа перетянули на себя всё одеяло. Выяснилось, что… ну, когда ты спишь, может тебе и не холодно, но ты всё равно привык к весу своего прошлого одеяла. Так же проявился и дефицит тактильного контакта с бумагой — и выразился в возникновении нового бума зинов. Правда, они перестали быть субкультурными, стали просто средством выражения эмоции, интуиции, образа. Делает их в основном молодёжь, хотя не всегда, бывают интересные вещи, сделанные нашими любимыми друзьями-старичками. Например, журнал ПГ, который делал Илья Фальковский, — по сути, чистой воды зин (правда, Фальковский, как обычно, опередил всех остальных почти на 20 лет).

Новое искусство

«Смотри и иди» — наш зин, который в любом случае захочешь взять с собой, а не просто полистать. Он посвящен героям советского кинематографа. С одной стороны, это просто листинг классных фильмов, с другой — это классные иллюстрации. Каждую из которых можно вырезать, повесить на холодильник или в сортир. Плюс цитаты, какой-то небольшой текстик от меня по поводу актуализации этого фильма в нашей современности, чем он интересен. Ну, то есть он на своем, зин-уровне, занимается очень важным, как мне кажется, делом: актуализирует наследие советской атлантиды. Я надеюсь, что это как раз та вещь, которую хочется взять, потому что дальше есть с ней какая-то ещё жизнь. И я всех ребят-зинщиков призываю к тому, чтобы они немножко думали о том, как углубить своей материал. Невозможно продавать бумажный Facebook — там, как минимум, лайки поставить нельзя.

Зин — это новый вид искусства. Область на пересечении современного искусства и полиграфии (хотя, кстати, есть и веб-зины, поэтому полиграфия не является непременным условием). В чём тут главный прикол? В том, что в зине, пожалуй, — самая минимальная дистанция между автором и читателем, зрителем или кто там ещё может быть. Как-то раз приехал я в Новосибирск на книжную ярмарку и продавал там по большей части именно зины. И вот приходит человек и смотрит. За 200 рублей можно купить толстенную книжку, а можно — какие-то там, как говорится, «бумажки». «Почему вы „бумажки“ продаёте по 200 рублей, а иногда и по 500 и больше»?! Ответить невозможно на этот вопрос. Но, тем не менее, этот человек подходил в течение дня несколько раз, мял там одни и те же зины. Когда он пришел в очередной раз, то спросил меня напрямую, — ну, а всё-таки, что это такое, зачем это нужно? И тут у меня созрел ответ. Ну, смотри, говорю, ты уже в пятый раз приходишь, даже я уже тебя запомнил. Ты мнёшь и мнёшь зин, и стоишь, и смотришь. Вот именно за этим и сделано, чтобы у тебя немного что-то там в сознании произошло. Он сам подсказал мне ответ, что такое зин!

Страница зина «ЖиР» — первого зина нашего издательства: много иллюстраций, хорошие авторы, куча текстов, какие-то цитаты, которые мы брали из книжек. Наша первая попытка — и случайно удачная — перенести традиционный редакторско-литературный опыт в поле зин-культуры. Он полностью продался месяца за четыре. Теперь коллекционное издание — у меня самого один экземпляр остался.

Должен признаться, я никогда не являлся таким уж особым фанатом зинов. Большая часть из них все-таки является эдакой бумажной версией слегка эстетизированного Facebook или там Instagram. Это недостаточно для нормального высказывания. И, тем не менее, появляются в этой сфере вещи, которые действительно становятся крутым высказыванием. И они — самые интересные.

Деньги — это бумага

Зин New weird Russia. Вышло три номера. Абсолютно литературный зин, с иллюстративной точки зрения была оформлена только обложка, при этом довольно неплохо. Это та вещь, где есть необходимость полистать, подумать. У них там был свой манифест литературный, с чем они борются, за что.

Когда мы три года назад открыли наш книжный угол, зины продавались ровно с той же динамикой, что и книги. И это даже было удивительно. Казалось, открылся какой-то фрактал. А сейчас это дело схлопнулось: на ярмарках у нас зинов покупают в пять раз меньше, чем книг. Многие считают, что дело в моде: типа, зин — что-то вроде спиннера. Я, честно говоря, так не думаю. Он продается как раз сейчас ровно так, как должен. А раньше его продажи обеспечивались взрослым поколением, отчаянно старавшимся социализироваться в резко помолодевшем мире. Сейчас вроде поколения выровнялись, а вместе с тем и зин перестал быть такой «сверхновой».

«Фрейдово подполье». Зин ребят, которые по психологии рубятся. При этом, насколько я понимаю, на очень неплохом уровне. И он тоже в основном текстовый, т.е. он оформлен как зин, у него обложка интересная, смешная. Я в него сам не углублялся, но знаю, что его покупают люди, которые потом говорят: «О, классно, мы хотим всё, что они там делают, всё забрать».

И тут главное достоинство зина — минимализированная дистанция между автором и читателем — работает против него. Тебе достаточно просто полистать зин — совершенно необязательно уносить его домой. Нет дома — нет продаж. Большинству авторов они в общем-то до фени — важнее высказаться, чем окупиться. Но кто посерьезнее, могут двигаться, на мой взгляд, двумя путями. Первый — краудфандинг. То есть ты даешь в сети такой «поплавок» — и кому это интересно, делает предзаказ. То есть ему хочется увидеть это как минимум на бумаге. Но важнее другое. Заполнить форму зина чем-то более осознанным, чем бумажный инстаграм. Хочется (а за редким исключением, пока этого не происходит), чтобы зины немножко приближались по своему наполнению к какому-то полноценному произведению. Чтобы были той вещью, которую хочется унести домой. Потому что там может быть какая-то информация, которую ты не сразу считаешь, — второе дно.